Демьян Слизкин. Переписка.

 

- Деда, а, деда, почему у тебя много портсигаров? Мама говорит, ты не курил. А почему тогда болеешь?

- Старые люди всегда болеют, а портсигары – это коллекция.

- Когда много – это коллекция?

- Вроде того.

- Деда, у Максимовых много тараканов, это коллекция? – приставал к деду четырёхлетний Никита.

- Да нет, это потому, что в квартире плохо убирают, вот они и собрались.

- Дедуля, а ты мне один портсигар дай.

- Вот умру, тогда тебе все достанутся, куда хочешь девай.

- Я в портсигар тараканов посажу и Светке подарю.

- Светка взрослая, накрутит тебе уши.

Внуку надоел разговор с дедом, он подобрал палку, изображая ею руль мотоцикла, затрещал, насколько хватало силёнок в голосе, и побежал со двора. Оставил деда со своими мыслями наедине.

Первый портсигар ему подарила девчонка перед уходом в армию, с которой он провёл несколько вечеров. Они вели вялую переписку, не обещая ничего конкретного друг другу. Но портсигар всегда носил с собой. А второй сыграл в его судьбе большую роль.

Чтобы скрасить однообразную армейскую жизнь, солдаты писали девчатам письма, иногда знакомились заочно. В газете «Комсомольская правда» была опубликована фотография студенток медицинского института, которые работали в целинном совхозе Казахстана. Разыграли солдаты девчат, не зная, какой фамилии принадлежит какое лицо, и завязалась оживлённая переписка. Подошла пора обмена фотографиями, произошёл случай, потрясший всю часть.

Когда приходила почта, письма дневальный раскладывал на койки солдатам. Стоило сержанту Бочарову распечатать письмо, как сосед по койке выхватил фотографию со словами – я первый смотрю твою заочницу. На фотографии был изображён… телёнок. «Ребята, посмотрите, какая невеста у нашего сержанта», - заскочил на второй ярус коек, оттуда показывал фотографию, убегал от сержанта, перескакивая с одной койки на другую.  Начинали хохотать, когда солдат успевал сунуть под нос кому-либо фотографию.

Сержант побелел от оскорбления, требовал вернуть фотографию, но тот не унимался, пытаясь досадить своему командиру. Сержант схватил табурет и запустил в обидчика, он увернулся, и табуретка высадила  окно.

Вдруг громкий голос командира роты: «Отставить!» - привёл всех в чувство, солдаты на какое-то время оцепенели. Капитан Ткачёв выдернул из рук сержанта письмо, у солдата фотографию и бросил через плечо: «Зайдите ко мне в кабинет!».

В кабинете капитан неторопливо снял шинель и сел за стол. Перед ним стояли навытяжку сержант и солдат, у одного по бледному лицу катились крупные капли пота, другой, сдерживая смех, ухмылялся. Капитан долго вчитывался в письмо, вертел в руке фотографию, потом вместе с конвертом опустил в нагрудный карман, сержанту приказал построить роту.

 Ткачёв из старой офицерской семьи, армейская судьба его не баловала, за короткие несколько месяцев войны научился понимать характеры своих подчинённых. Он посидел несколько минут, положив поперёк стола руки с крупными ладонями, резко поднялся и вышел к солдатам.

Капитан  стоял лицом к строю серьёзнее обычного. Рядом стоял сержант, по другую его сторону обидчик. Капитан подал команду смирно: «Солдату Иванову за то, что бегал в сапогах по чужим койкам – это святое солдатское место - только в постели он остаётся с самим собой, делится с подушкой своими сокровенными мыслями;  вспоминает свой дом, свою мать, родственников –  а ты растоптал грязными сапогами… - объявляю десять суток строгого ареста. Дежурный, возьмите у меня на столе записку об аресте и отведите Иванова на гарнизонную вахту».

- Товарищи солдаты, - смягчил голос капитан, - то, что случилось с сержантом Бочаровым, это оскорбление, и никто из вас в жизни от него не застрахован, сразу видно, что студентка недоразвитая, она оскорбила мужчину, оскорбила армию! Можно добиться, чтобы её выгнали из института. Заслуживает она и серьёзного ответа. Но я вас призываю ничего не делать, как можно скорее забыть этот случай! И если я услышу шёпот или насмешки в адрес сержанта, то человек будет строго наказан. Сержант Бочаров, через два часа рама должна быть на месте, бери кого хочешь в помощники, по окончанию доложи.

Это оскорбление для сержанта не прошло бесследно, как гвоздь сверлило в мозгу, и, когда он оставался один, было особенно трудно и не хотелось никого видеть.

В осеннее прибалтийское ненастье, в увольнении, хотелось напиться. Шатаясь в сквере без дела, нашёл портсигар, открыл его, там лежало несколько сигарет и деньги. Купил бутылку водки, затолкал в рукав и пошёл в часть. Перед проходной открыл её и через горлышко выпил, хотя раньше себе не позволял  пить такими дозами. С трудом добрался незамеченным до койки. Оставшееся время выходного дня проспал.

После этого случая сержант стал замкнутым. Когда кто-то из сослуживцев заговаривал о женщинах, он вставал и уходил, чтобы не слышать разговора.

Не вылечили его душу целина и стройка века, на которых Бочаров побывал за свою жизнь. Стал он знакомиться с женщинами, также легко расставался.

После расставания обязательно покупал себе портсигар и забрасывал его в чемодан. Ни с кем не делился, зачем он это делает. Друзья узнали, что у деда есть коллекция портсигаров, стали дарить их ему на день рождения и по случаю.

Дедом его стали называть довольно рано, потому что он постоянно носил бороду. Так и прожил всю сознательную жизнь без имени. Вначале – товарищ сержант, а потом – дед, кочуя из общежития в общежитие. К старости его стало тянуть на родину, купил небольшой дом, поселил туда племянницу с ребёнком. Собирался ещё поездить по стране, да привязался к маленькому Никите так, что семью эту стал считать родной, и с той лёгкостью, как раньше, не мог покинуть свой дом. Вот только портсигары часто перекладывал в чемодане. Брал их в руки, по одному ему известным приметам вспоминал о былом, смотрел в пустоту. Только первый, довольно измятый портсигар всегда оставался при нём.

И всё же он не выдержал сидячего образа жизни, засобирался в путь, объяснив племяннице, что ещё молодой, года два поработает, а потом вернётся и будет Никитку воспитывать.

На автобусной остановке внук никак не хотел отпускать деда, обхватив его шею ручонками. А когда автобус отъехал километров на десять от деревни, дед вдруг всполошился, обшарил свои карманы, перекопал всё в сумке, попросил водителя остановить автобус, выскочил и пошёл в обратную сторону.

После этого случая Бочаров уехать из деревни не помышлял.

 

Вертикаль 2026г.